Украинский кризис воинственных призывов

Президент Украины Петр Порошенко

Осенью 2018 трудно поверить, что действующая украинская власть захватила рычаги управления страной благодаря миролюбивым декларациям. В официальной предвыборной программе президента № 5 есть такие строки: «Наше общество будет безопасным, будет гарантированно сохранён мир, будет обеспечена деэскалация конфликта на Донбассе, будут найдены приемлемые способы сотрудничества с Российской Федерацией…»

Это было сказано уже после воссоединения Крыма с Россией – но до боевых действий на Донбассе. Это было сказано ради победы на выборах главы государства.

Это было сказано до штурмового удара украинской авиации по луганской городской администрации.
До мерзостных попыток списать расстрел мирных сограждан на взорвавшийся кондиционер.
До гибели десятков тысяч человек в вихре деэскалации конфликта.
До разрыва всех мыслимых связей с РФ как единственного способа сотрудничества с Россией.
До безопасности украинского общества от элементарных гарантий физического выживания и жизненных перспектив.

В общем – до всех проявлений 146 успешных реформ нынешних киевских правителей.

Осенью 2018 года властные полномочия хочется сохранить уже не только из привычной алчности, но ввиду шкурной безопасности.
Обнищавший и обозлённый электорат к лозунгам «Хуже не будет, весь мир с нами, евроассоциация нам поможет, делайте взносы!» относится мегаскептически.

Набор политических очков на религиозной автономии в реалиях XXI века выглядит убого и странно, особенно с учётом законодательного отделения церкви от государства.

В экономической области граждане пользуются безвизом совершенно несознательно, разбегаясь от реформаторских успехов в разные стороны. В области внешней политики удивлены чиновным требованиям усилить санкции против РФ в сочетании с бесполезностью санкций и торговлей с РФ. В области финансов проклинают «благодетелей» из МВФ, возмущены каждой строчкой в платёжках ЖКХ и лощёной сытостью властных патриотов.

Осенью 2018 возникли проблемы с последним козырем постмайданной власти – с камуфлированным «патриотизмом».

Обещанный переход украинской армии на стандарты НАТО остался там же, где завершение АТО за несколько часов. ВСУ по-прежнему формируются смешанным образом и несут ежедневные потери в полузамороженном конфликте на Донбассе. Только с начала нынешнего года более 12.000 контрактников сказали казармам и полигонам «Остаточно прощевай!», так и не дождавшись тысячи гривен за день боевой службы. Хотя шоколадный гарант всяческих обещаний называл данную сумму при троекратно меньшем курсе доллара.

Тем самым значимость призыва бесплатных юнцов в армию существенно возросла, а вот юношеского энтузиазма больше не стало.

План отлова украинских рекрутов нынешней осенью составляет 18.000 человек. Довольно скромное число при официальной численности населения в 42 миллиона человек. Призыв в советскую армию достигал миллиона (в 60 раз больше!) при населении СССР в семь раз выше украинского. В офицерском корпусе советских вооружённых сил украинцы составляли… половину!

В нынешнюю украинскую армию вливаются значительные ресурсы, в ущерб социальным обязательствам, инфраструктурному и прочему развитию. На максимальных оборотах пятый год кряду грохочет маховик борьбы с агрессором. Еженедельно поступают доклады о новых победах в зоне АТО, о восхищении западных экспертов, о технологических прорывах и патриотических порывах…

Но молодёжь не хочет служить в армии, где пьянство вынудило изобрести клетки-вытрезвители, а социальные сети полны роликами о приемлемых способах использования этих клеток. Где сотни солдат и офицеров покончили жизнь самоубийством. Количество суицидов после увольнения в запас в статистике не учитывается, как не афишируется отношение дончан и луганчан к «рыцарям-освободителям».

Украинская молодёжь не хочет служить в армии, где осталась худшая показуха советской эпохи – но исчезло настоящее товарищество, честь и польза от практической закалки. Где гарантии сохранить рабочее место на время службы давно стали филькиной грамотой. Где получить армейскую профессию столь же невозможно, как пострелять из «святого Джавелина». Где в котловое питание входит широкий ассортимент насекомых, плесневых грибов и прочей неудобоваримой экзотики. Где нет ни одного сынка высокопоставленной особы – зато есть масса мифов об их минувших «подвигах».

Украинская молодёжь не хочет служить в армии, где отцы-командиры растаскивают казну с неутомимостью муравьёв. Где устаревшее вооружение словно само расползается по стране – а новейшие образцы западного производства строго охраняются на тыловых складах. Где взрывы арсеналов стали приемлемым способом скрыть хищения и махинации. Где безногие инвалиды получают от главнокомандующего футбольные мячи, а от родного государства – столь же издевательскую пенсию.

Из современного трёхмиллионного Киева в ВСУ за три осенних месяца должны «забрить» всего 740 юношей (0.025 %). Для периферийных областей норматив составляет 0.03-0.04 %.

740 человек – это средняя численность пехотного батальона. Если страна пятый год изнемогает от внешней агрессии, трехмиллионная столица должна выставлять добровольцев целыми дивизиями! Но мизерный план выполнен всего на 40 % и в Киеве, и в целом по стране. За призывниками гоняются полицейские патрули, только в столице уклонистами числятся 33 тысячи человек. В два раза больше, чем призыв по всей Украине!

Около 90 % призывников попросту выбрасывают повестки и обходят военкоматы десятой дорогой. Предпочитая тропу гастарбайтера не только лишь в ЕС. Миллионы украинцев добровольно работают в России, в то время как на «войну с Россией» не могут силой загнать десяток тысяч человек.

Осенний призыв 2018 года в украинскую армию ещё не завершён, но его промежуточные итоги вполне однозначны.
Молодёжь из различных социальных слоёв, с различными идейными воззрениями, уровнем доходов, интеллекта и т.д. не желает рисковать жизнью и здоровьем ради презренных торгашей, зарабатывающих на странностях вялотекущего конфликта. И пока этот дефицит финансов, кадров и прочих ресурсов волей-неволей способствует миролюбию властных временщиков.