Украинский кризис поиска диверсантов

Боец ВС Украины

Взрывные пожары на украинских складах и арсеналах приобрели ежегодный характер и стереотипный сценарий. За пять постмайданных лет взорвалось и сгорело пять крупнейших военных хранилищ – снарядов, ракет, мин и гранат. Уничтожены сотни тысяч тонн боеприпасов, в подавляющем большинстве дефицитных.

То есть «возрождённый» украинский ВПК таковых снарядов-ракет не выпускает и выпускать не способен.

Взрыв каждого арсенала ВСУ инициирует известную последовательность событий. Предпринимаются титанические усилия по эвакуации населения и локализации чрезвычайных последствий. Сапёры обезвреживают сотни взрывоопасных находок, полиция борется с мародёрами, руководство обещает решительные меры и ожидает помощи от НАТО (?!) Где хранилища советского образца давно вывезены и утилизированы – пусть не столь громким способом, как на Украине.

Судя по отчётам о потушенных пожарах, натовские методы уступают украинским и в финансовой доходности, а также в карьерном воздействии.

Каждый инцидент – в Николаевке, Балаклее, Калиновке, Ичне и др. – становится ЧП общегосударственного масштаба. Но никто из общегосударственных чиновников до сих пор не пострадал, никого и выговором не опалило.

Каждый инцидент широко освещается в СМИ на протяжении нескольких недель, пока не погаснет самовыгоранием. По-другому тушить ветхие военные объекты нельзя. Например, склад в Ичне основан в… 1941 году. Удивительно, что его ликвидацию не включили в перечень «декоммунизации».

Каждый оглушительный инцидент преподносится уникальным явлением – но снова повторяется, вопреки ретивым стараниям.

Каждый приписывается зловещим действиям вражеских диверсантов – не потому ли оборона украинских режимных объектов по-прежнему похожа на дырявое решето?

Версия о вежливых спецназовцах/беспилотниках/бесплотных ниндзя, покуражившихся на очередном складе боеприпасов, выдвигается в первые горячие часы. Распускается в эфире алым цветком, привлекает общественное внимание и конкретизирует причину ЧП. Привычный ярлык вражды и ненависти лепят личности, на которых клейма негде ставить.

Генеральные и военные прокуроры, главари МВД и СНБО бьются в истеричных откровениях. Жужжали БПЛА, мелькали мрачные тени в 3 ночи, пожар начался в четырёх разных местах, случайности исключены! С последним утверждением действительно не поспоришь…

Всем незалежным спецслужбам за три года так и не удалось поймать (или хотя бы идентифицировать!) ни одного диверсанта. Не удалось найти ни одной диверсионной улики или осколка доказательств. Не удалось подтвердить голословные обвинения в адрес России.
Расследование на остывших пепелищах привело к диаметрально противоположным результатам.

Согласно свежему заявлению министра украинской обороны «За взрывы и пожары на складах ВСУ за три последних года к ответственности привлечены 75 военнослужащих, в том числе 20 генералов…»

Однако ни одного сообщения о предательстве в генеральской среде или в складской охране с 2014 года не поступало. Никто из украинских военнослужащих не осуждён за измену гiдности. Предполагаемые диверсанты намеревались взорвать Верховную Раду, носят геройские звания вместе с депутатскими мандатами и сосредоточены исключительно в столице.

Министр украинской обороны косвенно признаёт истинные причины апокалипсиса в своём складском хозяйстве:

«После многочисленных расследований и увольнений [самое жёсткое наказание?] появилась проблема нехватки кадров, в условиях трудностей с финансированием режимных объектов. Никто не хочет занимать эти должности – нет ресурсов для качественной охраны баз, складов и арсеналов…»

Никто не хочет занимать тыловые командные должности, в условиях иноземной агрессии и резкого роста патриотизма?!

Никто не хочет занимать эти должности, когда высшее руководство гребёт под себя миллиарды долларов, проповедуя аскетизм на сужающейся кормовой базе. Потерянные в феврале с.г. 1.3 млрд. $ из налогов на АТО так и не нашлись, это только один эпизод! А прапорщикам и майорам отвечай за пару ящиков потерянных снарядов?!

Никто не хочет занимать должности складских начальников ВСУ без возможности спокойно и размеренно распродавать военное имущество. Подпалить объект собственного попечительства с каждым годом всё труднее. Сбыт краденного осложнён предыдущими взрывами. Материально-техническое состояние объектов продолжает деградировать, древние единицы хранения представляют опасность при малейшем контакте с природными факторами.

Каждый новый инцидент чреват превращением командования арсенала в команду козлов отпущения. Кому нужна подобная карьера?

Как говорили киноклассики, «Всё украдено до нас!» На украинских арсеналах всего четверть века назад хранились запасы боеприпасов для троекратного завоевания Западной Европы. К 2019 году лимит советского наследия исчерпан. Его пока хватает для спорадического артиллерийского терроризма на Донбассе, но не для активной фазы гражданской войны. Евроатлантические партнёры скорее удавятся, чем организуют бесплатные поставки снарядов-ракет или комплексную складскую охрану за собственный счёт.

Диверсантов, уничтоживших колоссальные военные склады Украины, найти легко. Достаточно изучить список лиц, ответственных за оружейный экспорт с 1992 года. Сопоставить его с перечнем генеральских особняков в Лондоне, с каталогом чиновных вилл в Майами, с кадаврами современных оборонных достижений – от миномёта «Молоти своих!» до дистрофичного вертолёта «Лев-1». С теми, кто верещит о российских диверсионных следах.

Но такие поиски чреваты подлинными опасностями не только лишь карьерного характера. Благоразумнее держать ушки на макушке, рапортуя о беспилотном жужжании и уклоняясь от скверно оплачиваемой ответственности.