США против Ирана: кто остался в изоляции?

Фотоколлаж

В мае нынешнего года власти США вышли из Совместного Всеобъемлющего Плана Действий по ядерной программе Ирана. Потому что соглашение всех постоянных участников СБ ООН, Германии и самого Ирана было редчайшим примером торжества международной дипломатии и учёта взаимных интересов в проблемном XXI веке. Потому что никаких данных об иранских нарушениях СВПД обнаружено не было – что подтверждено десятками инспекций МАГАТЭ. Потому что «ядерную сделку» подписал «слабак» Обама и поддерживали внутриполитические конкуренты нынешнего ковбоя из Белого Дома.

Потому что региональное влияние Ирана и его положение в глобальном энергетическом балансе объективно усиливались.

Ядерное соглашение с Ираном было охарактеризовано Д. Трампом как ненадёжное, несправедливое и невыгодное для приоритетов «USA uber alles!». Расторжение СВПД одобрили только два государства, они же региональные партнёры США – Израиль и Саудовская Аравия. Оба уже воюют с Ираном, пусть эпизодически и опосредованно. В Сирии и Йемене соответственно. Прочие союзники услышали призыв «За мной, мои вассалы!», когда Вашингтон хлопнул дверью ядерной сделки.

Но никакой покорности и привычной свиты вожак-лидер не дождался. На Россию и Китай ожидания и не распространялись. Но присоединение Франции, Великобритании и Германии к американской дестабилизирующей выходке казалось решённым делом – если уж по фейковому отравлению в Лондоне случилась демонстрация солидарности из двадцати участников. Однако за минувшие месяцы европейские государства приняли совершенно иные решения – в том числе токсично пострадавшие инициаторы Brexit.

Три ведущие европейские страны, Россия, Китай и сам Иран разработали механизм уклонения от санкций США за продолжение СВПД. На состоявшейся сессии Генеральной Ассамблеи ООН было сказано множество речей в привычной канве агрессивных обвинений и либеральных заблуждений. Главным же итогом кулуарных консультаций стало сообщение высокого представителя ЕС по иностранным делам. О создании платёжной системы SVR, которая позволит покупать иранские энергоресурсы и вести расчёты с ИРИ в обход финансовых санкций США, налагаемых на покупателей, посредников, продавцов и вообще на всех подозрительных.

Тем самым Евросоюз и полувышедшая из него Британия солидаризовались с Китаем, Россией и Ираном. Открыто вступили в переговоры форматом «Ядерная сделка минус США» и добились переговорного прогресса. Европейские компании продолжат торговые отношения с ИРИ в рамках европейских законов, обеспечат механизм SVR для безопасности денежных транзакций – открытый для всех других государств, одобряющих ядерное соглашение.

За минувшие месяцы в изоляции оказался скорее Вашингтон, чем Тегеран. Это можно услышать из выступлений европейских политиков на сентябрьской сессии ГА ООН.

Премьер-министр Бельгии: «Европа не может смириться с тем, что регионы для бизнеса и инвестиций нам будут определять США».

Глава немецкого МИД: «Мы работаем над защитой европейских интересов и свободной торговли с Ираном и со всеми другими заинтересованными странами».

Президент Франции: «Американская манипуляция союзниками, неуважение по отношению к ним ведут к ущербу взаимных интересов».

Руководитель европейской дипломатии: «Чем плохи переговоры и диалог во время кризисов и конфликтов? Разве война – лучшая альтернатива?»

К сожалению, признаков новой большой войны на Ближнем Востоке всё больше. После мая 2018 – хлопнув дверью СВПД – США развязали конфликты пошлин с Китаем и Евросоюзом. Подтвердили свой выход из Парижского соглашения по климату. Похоронили оба трансокеанских торговых партнёрства со своим участием. Закрутили антироссийскую санкционную спираль до бессмысленности любого диалога. Смотрят на денуклеаризацию КНДР сквозь кривой калейдоскоп грубого принуждения. Выкручивают руки союзникам, требуют роста их военных расходов и работают исключительно в интересах «исключительной» нации.

Консолидированный отказ Китая, России, Великобритании, Франции, ФРГ и Ирана от пренебрежения своими национальными интересами под грубым нажимом Вашингтона – новое слово в международной политике. И за словом уже следуют дела.

Евросоюз иранской нефти получает крайне мало (2 % потребностей), но ценит экспорт в ИРИ различного дорогостоящего оборудования и техники.
Власти Индии уже отметили готовность продолжать импорт иранской нефти и российского оружия, а также строительство крупного порта в Иране – вопреки угрозам изолирующего «гегемона». Ранее столь же принципиальную позицию подтвердил Китай.
Энергетическое и промышленное взаимодействие ЕС с РФ также нуждается в механизме защиты от экстерриториальных рестрикций.
Южная Корея и КНДР ведут прямые переговоры о стабилизации и сотрудничестве.
ОПЕК игнорирует заокеанский призыв «Понизить котировки нефти, и немедленно!»
Мирное урегулирование в Сирии не нуждается даже в декоративном присутствии вашингтонских эмиссаров.

Успешность сохранения ядерной сделки с Ираном можно оценить в ближайшие полтора месяца. «Великие и ужасные» санкции США начнут действовать 5 ноября с.г. – накануне выборов в Конгресс США, любые PR-совпадения случайны. Мировой рынок нервно реагирует на предполагаемый дефицит нефти, её стоимость с мая месяца выросла с 75 до 83 $ за баррель. За счёт нервозности и апокалипсических картин пылающего Ормузского пролива – последнего довода Ирана против удушающих санкций США, голубой мечты Израиля и причины взлёта нефтецен до 150 $/баррель.

В интересах самих стран Персидского залива – ярых антагонистов Тегерана – предотвратить горячую войну с уничтожением своих же источников безальтернативного дохода, с непредсказуемым крахом социальной сферы и политических сооружений.
Дворцы тепличных монархий только кажутся неуязвимыми, пирамиды власти опираются на рыхлый песок.

По мере приближения к американским санкционным выборам градусник цен на марку Brent покажет температуру в зоне нефтяной турбулентности.

Цивилизованный мир создаёт механизмы купирования опасной интоксикации – явные признаки перехода к многополярному и мирному сосуществованию. По крайней мере, вдали от очага исключительной инфекции.