Сирия: возвращение в арабский мир

Президент Судана Омар аль-Башир и президент Сирии Башар Асад

В канун нового 2019 года первые подразделения американской армии покинули многострадальную сирийскую землю. Тяжелейший конфликт нынешнего века близится к своему завершению и политическому урегулированию. Приписав себе победу над радикальным джихадизмом, бывший всемирный гегемон столь же привычно предал местных союзников и прошёлся кованым ботинком по стереотипам «либерального» мироустройства.

Уход незванных сил американского спецназа совпал с возвращением международного признания Сирийской Арабской Республики. Оба процесса обладают необратимым характером и явно взаимосвязаны.

Ещё 17 декабря 2018 года состоялся визит суданского президента в Дамаск. Судан – далеко не самая влиятельная и авторитетная арабская страна, со множеством собственных проблем. И с глубокой зависимостью от главной нефтеносной монархии Ближнего Востока.

С 2011 года ни одного визита лидеров Лиги Арабских государств в САР не происходило в принципе. В ноябре того же года сирийское членство в ЛАГ приостановлено. Приезд Омара аль-Башира – признак восстановления не только лишь сирийско-суданских отношений.

19 декабря 2018 президент США объявил об уходе американского контингента из Сирии – что привело к отставке главы Пентагона, спецпредставителя по Ближнему Востоку и планов конфронтации с Ираном, Турцией и Россией в угоду глобалистским заблуждениям.

20 декабря 2018 года впервые за семь лет состоялся официально признанный визит руководства сирийских спецслужб в Каир. Египет – крупнейшая и ключевая арабская страна, значительно мощнее Сирии. Но свой локальный гадюшник синайских головорезов не может ликвидировать четвёртый год подряд. Сирийский опыт умиротворения мятежных провинций (не только силовым путём!) усиливает взаимный интерес двух стран – некогда пребывавших в составе единого государства.

Контакты между силовиками Сирии, Иордании и Турции продолжаются более года, с иракскими коллегами не прекращались все последние семь лет. Ближайшие соседи не только признают территориальную целостность Сирии, но и заинтересованы в полном восстановлении сирийского суверенитета над всей страной. Американское «Go home!» оказалось как нельзя своевременным.

26 декабря 2018 года, уже после шокирующего заявления Д. Трампа «США больше не будут мировым жандармом, мы уходим из Сирии!» в сирийской столице открылось посольство ОАЭ. Объединённые Арабские Эмираты предприняли дипломатический шаг на опережение – фактически признав победу сирийской власти в гражданской войне и над международными интервентами. ОАЭ являются ближайшим союзником Саудовской Аравии, обладают наиболее диверсифицированной экономикой среди всех арабских стран.

Возобновление работы посольства Эмиратов в Дамаске – маркер политической диверсификации значимого и амбициозного регионального игрока.

27 декабря 2018 года стало известно об отставке главы саудовского МИД – упорно не признававшего очевидных итогов сирийской войны. Вполне понятно заклинание «Асад должен уйти!» в 2015-2016 гг., когда военно-стратегическое будущее САР раскачивалось на зыбких и окровавленных качелях. Особенно инициаторам смертоносных колебаний.

В октябре 2018 декларация саудовского министра «Я убеждён, что Сирии не нужен Б. Асад!» выглядит полным анахронизмом, отказом воспринимать реальность и росписью в профессиональном бессилии. Потому и отправляет в политическое небытие отнюдь не избранного и легитимного президента Сирии. Вообще за минувшие семь лет призыв к изгнанию Б. Асада скверно отразился на многих десятках головокружительных карьер.

27 декабря 2018 года первый за семь лет гражданский пассажирский самолёт из САР совершил рейс в Тунис. Наиболее пострадавшая от «арабской весны» страна восстановила авиасообщение с формальной колыбелью данного явления. Тунис избежал тягчайших последствий «революционного процесса», что особенно зримо на фоне гуманитарного нокаута соседней Ливии. Но уровни материальной жизни, общественной безопасности и социального прогресса с 2011 года не повысились и в Тунисе…

Сирия же продолжает нормализацию отношений с двумя десятками арабских государств, подготовку к конституционной ассамблее и к полному выводу иностранных войск со своей земли. Сирийская война положила конец свержению законных правительств «из благих побуждений универсальной демократии». С вопиющим разрывом между декларируемым процветанием после свержения «тиранов» и подлинным хаосом на десятилетия вперёд.

Раны исключительной стратегии зияют от Ливии до Афганистана, есть они и на сирийской земле.
После ухода U.S. Army над завалами Ракки по-прежнему стоит тяжёлый трупный запах, город по-прежнему полон минных полей и похож на декорации постапокалипсиса.
Город Алеппо абсолютно не похож на руины декабря 2016 года – хотя восстановительные возможности Дамаска и Вашингтона находятся в совершенно разных весовых категориях.

Возвращение Сирии к миру и международному признанию идёт параллельно с фокусировкой США над заокеанскими проблемами, с попытками финансового доминирования вместо прямой и затратной вооружённой оккупации.
Неолиберальный порядок кнута и пряника уходит в историю. Пряники остаются внутри американского бюджета, оплата кнутов возлагается на союзников в откровенно принудительном порядке.