Польская труба в никуда

Фрагмент польской газотранспортной системы

Польские политики прощаются с российским газом по заветам великого американского писателя М. Твена. Правда, завет от Марка касается не межгосударственного энергетического взаимодействия, но личной борьбы с вредной привычкой. Всемирно известный сатирик отзывался о своём противодействии никотиновой зависимости следующим образом:

«Бросить курить чрезвычайно просто, лично я бросал десятки раз»

Польское руководство уже десятки раз провозгласило уход от «вредного и опасного» российского газа, продолжая его потребление в возрастающих количествах. Благоразумно сдвигая отказные сроки на 2022 год истечения контракта «Газпрома» и PGNiG.
Для материализации отказа ещё в октябре 2015 года в польском порту Свиноуйсьце заработал первый стационарный терминал Восточной Европы по приёму сжиженного природного газа. СПГ-пристань сооружена всего за 4 года, без обременительного кредитования и с возможностью использования для внутренних потребностей Польши.

В этом отношении польский терминал кардинально отличается от плавучего клайпедского собрата, ближайшего разжижающего соседа. Литва ежегодно вносит 60 млн. $ только за аренду своего объекта «энергетической независимости», перекачивая через него около 1 млрд. м3 при общей мощности 4 млрд. м3. За три с половиной года ни одно из соседних государств ЕС и НАТО не заинтересовалось литовской перепродажей летучего энергоносителя – хотя в планах официального Вильнюса потенциальным клиентом числится даже Варшава с собственным терминалом.
Чья комплексная эксплуатация обходится в 50 млн. $ ежегодно, а принимаемые объёмы достигли 1.6 млрд. м3 при общей мощности 5 млрд. м3. Более высокая эффективность польского СПГ-терминала очевидна. Как и наличие рынка сбыта без обивания дипломатических порогов и имиджевых шишек.

Всё газовое потребление Литвы составляет 2.5 млрд. м3 в год, с небольшой тенденцией к сокращению вслед за населением страны. Заказ терминала на 4 млрд. м3 выглядит чистой авантюрой и расточительством. Столь же удивительны условия грабительского кредитования, право перехода собственности от норвежского владельца и чрезмерная сложность регазификационного объекта. Вместо полноценного корабля с навигационным оборудованием приёмной точкой «голубого топлива» вполне могла служить несамоходная баржа вдвое-втрое меньшей стоимости.

Плавучую «Independence» некуда передислоцировать, да и незачем по мере развития инфраструктуры в клайпедском порту. При продаже судна после 2024 года объект доберётся до нового места дислокации с помощью обычного буксира. Пока же литовские власти пытаются сесть на финансовый буксир ЕС, уговаривая Брюссель спонсировать внезапно обременительный терминал. Евробюрократы важно кивают, лучезарно улыбаются, проводят совещания, дискуссии и выездные сессии – но ежегодно расставаться с 60 млн. $ ради энергетического политиканства литовских властей не спешат.

Польское потребление природного газа превышает 16 млрд. м3 в год, с устойчивой тенденцией к росту вслед за экономическим развитием страны. Собственная добыча обеспечивает (по разным данным) от 4.5 до 5.5 млрд. м3 и плавно снижается ввиду выработки известных месторождений и полного провала сланцевых изысканий. СПГ-терминал в случае полной загрузки позволяет вдвое снизить польскую зависимость от «Газпрома». Однако в 2016 году эта зависимость увеличилась с 9 до 11 млрд. м3, когда через Свиноуйсьце поступил 1 млрд. газовых кубометров.

Данные за 2017 год пока не опубликованы. Но уже известно, что «Газпром» нарастил поставки в страны ЕС на 10-12%, а польский терминал принял всего на 0.6 млрд. м3 больше, чем в 2016 году.
Известно о нежелании частных компаний (не только польских) покупать сжиженный газ через новенький терминал – с 1 января 2018 года все 100% регазификационных мощностей зарезервировано за государственной PGNiG.
Известно об отказе польских властей и энергетиков расширить СПГ-объект до приёма 7.5 млрд. м3 ежегодно – хотя модернизация в 5 раз дешевле уже израсходованного на терминал и связанные с ним объекты миллиарда долларов.
Известно о неудачной польской попытке добиться ценовых преференций от американских газовых компаний – попытке скорее государственной, чем коммерческой.
Известно об экспорте российского сжиженного газа мимо польских берегов в Великобританию и США – экспорте именно коммерческом, вопреки официальной позиции британских и американских властей.

Известно о сохранении за российским концерном 60-65% польского рынка и гомеопатическом влиянии действующего СПГ-терминала на положение энергетических дел. Известно о литовском «маятнике» – «Газпром» вернул точно такую же долю рынка прибалтийской страны на третий год литовской независимости от «Газпрома». Причём без долгосрочного контракта, завершения которого в 2022 ожидают варшавские политики.
С похвальной фантазией польские власти решили надавить на российский концерн заведомо обречённым проектом, дабы смягчить твёрдое выполнение контрактных обязательств до 2022 года и улучшить финансовую переговорную позицию.

Официальный представитель польского правительства по вопросам стратегически-энергетической инфраструктуры отверг скидки на российский газ – которых Польше никто не предлагал. Заявил о первостепенной важности дальнейшей диверсификации энергетических поставок, словно о самоценной «вещи в себе». И подчеркнул твёрдое намерение своего правительства закончитьстроительство газопровода Baltic Pipe мощностью 10 млрд. м3 – для полной газовой независимости от РФ.

Прелесть ситуации даже не в том, что газопровод Baltic Pipe с 2001 года существует только линиями на картах и его нельзя закончить – его следует хотя бы начать. Пусть не работами на местности, с подрядчиками и субподрядчиками, но составлением полноценного проекта и заинтересованностью инвесторов.
Baltic Pipe – это трубопроводный проект между Польшей и Данией, излишков природного газа не имеющей и на экспорт энергоносители не поставляющей. Если не считать таковым оборудование для ветряных электростанций.
Baltic Pipe – это продолжение газопровода Skanled между Норвегией и Данией через Швецию. В Норвегии добывается 110-116 млрд. м3 в год, накоплен значительный опыт по прокладке морских трубопроводов. Только в Великобританию норвежский газ (до недавнего времени) поступал по трём магистралям, действуют линии газовой доставки в Нидерланды и ФРГ.

Skanled имел инвестиционное и техническое обоснование, список участников и компанию-оператора. Ввод норвежско-датского газопровода в эксплуатацию планировался в 2012 году.
Однако даже на самом пике мировых цен на энергоносители сооружение Skanled признано нерентабельным и до практической стадии не добралось. Максимальная мощность гипотетической норвежско-датской трубы равна 7 млрд. м3.

Польская инициатива тянуть стратегическую магистраль в никуда (Здесь газа нет, буксует Skanled) чрезвычайно интересна. Как арифметическое открытие 7 = 10. Как метод закончить неначатое. Как способ блефовать с открытыми картами. А также как творческая дань памяти американскому автору хлёстких афоризмов – казалось бы, чрезвычайно далёких от энергетики:

«Курение позволяет верить, что ты что-то делаешь, когда ты ничего не делаешь»