Особенности французской протестной активности

Фотоколлаж

Акции уличного неповиновения властям с требованиями отставки главы государства сотрясают Францию десять недель подряд. Они уже традиционно проходят по субботам – ведь актив «жёлтых жилетов» работает и учится, возмущаясь правительственными «реформами» только в выходные дни. До создания перманентного логова протестов на Елисейских полях ещё очень далеко.

Всего полтора года назад Э. Макрон с огромным преимуществом выиграл президентские выборы в Пятой республике. Более того, летом 2017 его партия добилась триумфа на выборах парламентских – впервые в них участвуя! Французский избиратель настолько устал от всех системных политиков, что проголосовал «против всех». Так получилось, что россыпи заветных галочек собрал банкир-революционер и его анонимная команда.

Французский избиратель надеялся на революционные перемены к лучшему неизвестно за чей счёт. На приятный рост миллионов банковских счетов среднего класса – словно золотого урожая на Поле Чудес. На сохранение множества имущественных льгот и социальных достижений, достигнутых предыдущими поколениями и в эпоху соревнования двух систем мироустройства. На решение миграционных, экономических, бюджетных, демографических и прочих кризисов, словно по волшебству – но в мире магии не бывает выборов и подлинных проблем…

Уже в 2017 году невозможность осуществления предвыборных обещаний маячила над карьерой Э. Макрона стальным блеском гильотины. Спусковым рычагом стало повышение цен на топливо – отменённое ввиду протестов и только усилившее народное недовольство! Вообще сравнение уличных протестов во Франции и «второй Франции» обнаруживает много общего в их динамике.

Значительная поддержка в обществе и вопиющие ошибки властей на первом этапе недовольства (избиение студентов, коленопреклонённое унижение школьников и др.)

Переход от локальных требований (ассоциация с ЕС, отмена топливных сборов) к требованиям политическим и кардинальным (долой президента, новые выборы в парламент).

Стремительная, но управляемая радикализация протестов, осторожно галопирующее насилие при столкновениях с силами правопорядка.

Широкое использование демонстрантами национально-патриотической символики.

Резкое возмущение зависимостью от внешних институтов и государств («коварный агрессор», брюссельский бюрократ).

Даже по территориальной площади в европейской табели о рангах Украина и Франция соседствуют, занимая 2 и 3 место после России. Это крупные многонаселённые государства, критично важные для стабильности Старого Света.

Различия между французскими и украинскими демонстрациями важны для понимания их перспектив.

На Украине майданы (включая последний… пока что последний) проходили исключительно в Киеве. Во Франции митинги и столкновения фиксируются в десятках городов, в посёлках и на оживлённых дорогах.

На Украине отмечались акции в поддержку власти – пусть и обвиняемые в искусственно-проплаченном характере. Во Франции нет даже намёка на публичное одобрение действий правительства Макрона. Но ведь за него проголосовали миллионы французов, не могли же разочароваться все поголовно!

На Украине ядро возмущения находилось на западе страны, во Франции – в сельской местности и рабочих пригородах.

На Украине иностранная помощь протестующим открыто предоставлялась, в том числе официальными лицами ЕС и США. Во Франции нет ничего подобного.

На Украине бунтовало несколько олигархических групп против монопольной жадности одной. В итоге добившись доступа к бюджетной кормушке, пусть и ценой кровавого жертвоприношения в Киеве, в Одессе и на Донбассе.

Во Франции 10-недельный бунт направлен против элит, имеет рыхлую структуру, конфликтующих участников и уже поэтому обречён.

Примечательно и отношение ведущих СМИ – лидеры европейских масс-медиа превозносили майданное буйство и клеймят позором «жёлтые жилеты».

За десять недель французских демонстраций задержано 6.000 человек и арестовано 2.000. Ростовскому беглецу такой размах репрессий и не снился!
Во Франции убито семь человек, пусть без применения огнестрельного оружия.
Во Франции нанесены десятки тяжелейших травм, в том числе челюстно-лицевых. Выбиты глаза у нескольких молодых девушек, трагедия на всю оставшуюся жизнь!

Французская полиция применяет против демонстрантов следующие средства и приёмы:

  • Бронетехнику, водомёты, слезоточивый газ и светошумовые гранаты;
  • Мобильные группы снайперов (!), стреляющие пока что резиновыми пулями;
  • Тактику сближения с демонстрантами, провоцирование контактов и силовых столкновений – причём не с экстремистами, а именно с мирными демонстрантами, для их запугивания;
  • Стратегию эскалации насилия и дискредитации всего феномена «жёлтых жилетов».

Последняя цель лучше всего достигается передачей власти уличным демонстрантам. Знаменитый список их требований из 25 пунктов – памятник инфантильному отрыву от реальности, недостижимый и по любым пяти пунктам.

На протяжении десяти недель в свободной, демократической и либеральной Франции идёт имитация революционного протеста и полицейского произвола. Подспудно стороны согласны с уже достигнутым результатом – отмена топливной дороговизны и по 100 € каждому работающему налогоплательщику. Одним не нужны чиновничьи кресла, другие готовы драться за должности по-настоящему.

Это избавляет французские города от ужаса массовых расстрелов и орудийного огня по собственным согражданам, от движения к беспробудной нищете сразу для нескольких поколений, от эмиграции как шанса на выживание. Но загоняет причины общественного возмущения вглубь, под слой утешительного приза толщиной в стоевровую купюру.